wallpaper

22December
2014

Посмотрите на греческих богов. Они все светловолосы, стройны и могучи! Более того, практически все они имеют негреческое происхождение, а имена их с греческого не переводятся и не несут никакого смысла на этом языке. Зато они прекрасно «переводятся» на русский и только для русских людей имеют смысл. Да и сами же греки считают, что многие их боги пришли к ним с севера, из загадочной Гипербореи.



Возьмём, например, верховного греческого бога Зевса. С греческого он никак не переводится, но в пантеоне славянских богов есть бог Жива, который, как и Зевс является жизнедарителем (вспомним, что Зевс даровал детей почти всем богиням и многим смертным женщинам) и является Богом-отцом, породившим весь мир. Гера – жена Зевса – покровительница брака и семьи. Греческие легенды рисуют её как мстительную и ревнивую богиню, поскольку Зевс очень часто ей изменял. Очень часто её изображали как воительницу с копьём и мечом в руке. С греческого её имя никак не переводится. Однако, интересно, что в Микенах её имя произносили как «е-ра». Получаем славянскую яростную воительницу Яру.

Расшифровка первой части имени греческого бога морей Посейдона не ясна, зато вторая – «дон» представляет собой русское слово, которе обозначало реку, дно, русло и ров. Многие реки имеют этот корень в тех местах, где живут или жили русы. Его символ – трезубец – сохранился как символ в Родах Русов и до нынешних времён, например, на гербе Украины. Артемида и Апполон, брат и сестра родом из Гипербореи. Она – богиня плодородия и покровительница животного мира и рожениц. В основе её имени древнегреческий корень «арт», соответствующий русскому «род». Он – бог Солнца и покровитель искусств и науки. Каждый год Апполон улетал на небесной колеснице, запряжённой лебедями, на Север, в Гиперборею к своему народу, где родилась его мать богиня Лето-Лада. Он соответствует древнерусскому богу Купала, в честь которого до сих пор устраивают праздники в день летнего солнцестояния (по материалам книги Ю.Д. Петухова «Дорогами Богов»).


Кроме того, согласно греческим легендам, Аполлона сопровождают волки, а волк, как известно, животное, место обитания которого центральная и северная Европа, не южная. Известно, что волк является частым персонажем в мифологии скандинавов, германцев и славян, но не мифологии южных народов. Аполлон покровительствовал городу пеласгов – Трое.

Аполлона прозывали Гиперборейским, как, кстати, и греческих героев-полубогов Геракла и Персея, а также прорицателя Абариса и мудреца Аристея, жрецов Аполлона (некоторые античные авторы их называют скифами), которые обучали греков музыке, философии, искусству создания поэм и гимнов, строительству храмов. Под их руководством был сложен знаменитый Дельфийский храм. Эти учителя, как сообщали летописи, владели и символами бога Аполлона, в числе которых назывались стрела, ворон, лавр с чудодейственной силой. Мифы утверждают, что у Абариса была золотая волшебная стрела, которую ему подарил Аполлон. С её помощью он мог становиться невидимым, лечить болезни, пророчествовать и путешествовать по воздуху. Пифагорейцы называли Абариса «Воздухошествующим». Как видим, «Белые Боги» приходили и к грекам.

О внешности этих богов можно судить и по широко известному произведению – «Иллиаде» Гомера – древнейшему памятнику «древнегреческой» литературы, в котором рассказывается об эпизоде десятилетней осады Трои (Иллиона) греками-ахейцами, произошедшей в XIII-XII в до н.э. В этой войне, согласно «Илиаде», активное участие принимали олимпийские боги, разделившись, они выступали на стороне одной из воюющих сторон. Например, Аполлон и Афродита были на стороне троянцев, а Афина и Гера – на стороне ахейцев, со всеми вытекающими последствиями. У олимпийских богов были свои фавориты, которых они защищали, и те, против которых они боролись, вплоть до вмешательства в поединки и спасения своих подопечных от неминуемой смерти, и насылания моровой язвы в стан противника.

Эти факты говорят о том, что, во-первых, троянская война была, к сожалению, войной между славяно-арийскими родами. А, во-вторых, показывает, что боги не были богами в нашем сегодняшнем представлении – непознанными, совершенными, всемогущими, всезнающими и пр. существами. Они вели себя как люди – у них были свои пристрастия и антипатии, достоинства и недостатки – но люди, достигшие высокого эволюционного уровня развития и обладавшие «божественными сверхвозможностями». У каждого из них была своя «специализация», а, значит, и свои эволюционные белые пятна.

Гомер описывает внешний облик греческих богов, используя такие прилагательные, как «светлоглазые», «светловолосые», «светлые», «высокие» и прочие. Люди же, троянцы и ахейцы, описаны точно такими же эпитетами, а ещё у них могучие «белые тела», а женщины их «белоногие» и «румяноланитные». В тексте мы встретим следующие описания:

«Так и Зевесова дочь, светлоокая дева Паллада!»
«Жателям, веющим хлеб, где Деметра с кудрями златыми…»
«Прежде Кассандры прекрасной, златой Афродите подобной…»
«Сыну Пелея рекла светлоокая дщерь Эгиоха»
«Светлый Атрид, и теперь, как и прежде, душою ты твёрдый»
«…и мёртв Мелеагр светлокудрый»
«…в бою поразит Менелай светловласый»
«…и впредь с светлокудрым Атреевым сыном»
«…светлокудрый Адраста»
«…белоногой Феаны родитель»
«Дщери старейшей супруг, светлокудрой жены Агамеды»
«К белому телу коснуться шелом возбранил дыроокий».

Наиболее полное представление о том, как выглядели греческие боги и герои, позволяет получить передвижная выставка «Пёстрые боги» (Bunte Gоtter), которая экспонируется в музеях Европы, начиная с 2003 года, когда она впервые была организована в Мюнхене.

Эта выставка появилась на свет в результате кропотливого труда интернационального коллектива учёных и исследователей из Гарварда, Смитсоновского университета, университа Колорадо и ряда других под руководством немца Винценца Бринкмана, заведующего античным собранием франкфуртского музея скульптур Либигхауз (Liebieghaus).

Начиная с 1982 года, используя современные технологии и научные достижения в области органической химии, рентгенодиагностики, они попытались создать реконструкцию классических произведений греческого искусства. Более 25 лет они изучали поверхность античных статуй, вооружившись ультрафиолетовыми рефлектографами, лазерными лампами и дорогостоящими порошковыми минералами (зелёный – из малахита, синий – из лазурита, жёлтый и охра – из мышьяка, красный – из киновари, чёрный – из сгоревших косточек винограда), и смогли реконструировать первоначальный внешний вид древних изваяний. Оказалось, что древнегреческая скульптура на самом деле никогда не была белой, как нас к тому приучили!


Впрочем, это было известно из древних письменных свидетельств. Например, знаменитый живописец античности Никий (4 век до н.э.) раскрашивал мраморные скульптуры втиранием растопленных восковых красок, оживлявших белизну мрамора и имитировавших цвет тела. Древние мастера разработали технологию энкаустики (в настоящее время утраченную), при которой они покрывали красками на восковой основе не только скульптуру, но и здания, а также корабли. Судя по дошедшим до нас свидетельствам, она состояла в следующем: воск длительное время отбеливался в морской воде с добавлением некоторых веществ и становился твёрдым и тугоплавким, а после смешивания с пигментом его плавили, и наносили на поверхность. После остывания восковая краска уже не плавилась под лучами солнца и отталкивала воду, защищая основу – дерево, металл или камень.

О том, что греческие статуи были цветными, знали даже в прошлом и позапрошлом веке. Ещё в XVIII веке учёные обратили внимание на пигментные остатки на статуях. Однако, по какой-то причине мнение о том, что древнегреческие статуи должны быть белыми, стало превалировать в научных кругах. Доходило даже до того, что статуи намеренно «приводились» к такому виду. Так, Лорд Дювин, спонсируя в 1930-х годах строительство нового крыла Британского музея, заставил «почистить» статуи из Мраморной коллекции Элджина металлическими щетками и другим абразивными материалами, чтобы убрать видимые пигменты с их поверхностей.

Однако уже во второй половине XX века, учёных снова заинтересовала тема цветных греческих статуй. И вот, наконец, их интерес и усилия привели к потрясающему результату. Никода до этого момента щирокая публика не могла даже представить себе, насколько греческое искусство было ярким и многокрасочным; насколько орнаменты, украшающие одежды древнегреческих богов и героев, были разноцветны и сочны.


Теперь на выставке белым оригиналам противопоставлены их цветные копии. Кстати говоря, глаза у «классических» статуй потому и казались слепыми, что зрачки у них не вырезывались, а писались по мрамору краской. Древнегреческие храмы тоже не были полностью белые: фриз и фронтоны раскрашивались, обычно в синий цвет, и на этом фоне, как живые, выступали статуи и барельефы. Всего на выставке представлены 70 оригиналов и 21 цветная копия известных древнегреческих и римских статуй и рельефов, прошедших «восстановление» их первоначального цветного покрытия. В центре экспозиции находятся скульптуры с фронтона храма Афины Афайи на острове Эгина (ок. 500 г. до н.э.). Знаменитый лучник с западного фронтона изображает троянского принца Париса в одеянии, плотно облегающем его тело. Обратите внимание на свастику на запястье.

Представьте теперь, как бы празднично и торжественно выглядело бы в цвете мегалитическое сооружение – храм Аполлона в Дельфах, который гиперборейцы для него построили.

О некоторых малоизвестных фактах, касающихся Апполона, его храма в Дельфах и гиперборейских богов Греции, рассказывает Валерий Никитич Дёмин – учёный, писатель, доктор философских наук в книге «Тайны русского народа: В поисках истоков Руси», отрывок из которой мы приводим ниже.

«…Два Бога Олимпийского пантеона – Аполлон и Артемида – дети Зевса от его первой жены титаниды Лето – однозначно связаны с Гипербореей. По свидетельству древних авторов и по убеждению древних греков и римлян, Аполлон периодически возвращался в Подсолнечную страну Гиперборею на колеснице, запряжённой лебедями. По свидетельству многих источников, гиперборейцы-северяне постоянно приезжали в Элладу с дарами в честь своего Бога Аполлона. Имеется и предметная увязка между Аполлоном и Гипербореей. Аполлон – Бог Солнца, а Гиперборея – та северная страна, где Солнце летом не заходит по нескольку месяцев. Географически такая страна может быть расположена только за Полярным кругом. По наблюдениям А.Д. Черткова – и они не лишены оснований, – в имени Аполлон присутствует в чуть измененном виде тот же самый корень, что и в русских словах «опалять», «опалённый», «опаляющий». Известно древнее написание Aplun, что читается: Аплун (Опалун). А в одном из древнерусских списков с перечислением славянских Божеств между Перуном и Мокошью значился Аполин – Бог Солнца (Чертков А. Д. «О языке пеласгов, населявших Италию, и сравнении его с древле-словенским» // Временник императорского Московского общества истории и древностей российских. Кн. 25. М.,1857, С. 58-59).

Космическо-звёздная сущность Аполлона обусловлена его происхождением. Мать Лето родила своего солнценосного сына на острове Астерия, что означает «звезда». Астерией (Звездой) звалась и сестра Лето. Существует версия, что культ Аполлона был повторно занесён в Средиземноморье уже во времена Древнего Рима. Сюда культ общеиндоевропейского Солнцебога принесли протославянские племена венедов, основавших и давших названия современным городам Венеции и Вене.

История возникновения и закрепления Олимпийских культов также вполне подтверждает выдвинутый тезис. Один из поздних античных историков и писателей Павсаний (II в. н.э.) в своём знаменитом труде «Описание Эллады» (X, 5, 4-10) приводит следующие удивительные подробности появления одного из главных святилищ Древней Греции – храма Аполлона в Дельфах. Сначала здесь появились гиперборейцы, в их числе был и будущий первый дельфийский жрец, у него, по «странному совпадению», было славяно-русское имя Олен[ь]. Кстати, имя родоначальника всех древнегреческих племён и единого народа – Эллина также представляет собой грецизированную форму общеиндоевропейского слова «олень» и близкого ему по смыслу и происхождению слова «лань». Олен[ь] – гипербореец и его спутники были направлены в Дельфы Аполлоном. Отсюда напрашивается бесхитростный вывод: сам (будущий) Бог в то время был далеко – скорее всего, в Гиперборее, откуда выехало посольство. Став пророком и прорицателем, Олен[ь] воздвиг в Дельфах первый храм: сначала деревянный, похожий на лачугу, – пишет Павсаний (его модель, сделанную из воска и перьев, Аполлон впоследствии пошлёт в подарок в Гиперборею), и лишь спустя длительное время, после многих пожаров и разрушений, отстроили тот каменный храм, жалкие остатки которого сохранились по сей день. История, пересказанная Павсанием, сохранилась и в виде канонических дельфийских текстов:

Так многославное тут основали святилище Богу
Дети гипербореев, Пегас со святым Агийеем.
Также Олен[ь]: он первым пророком был вещего Феба,
Первый, песни который составил из древних напевов.

Как видно, тут прямо указано, что культовый и обрядовый канон Аполлона Дельфийского был составлен на основе гиперборейских преданий. В дальнейшем Олен[ь]-песнопевец передаст искусство стихосложения священных пророчеств в гекзаметрах пифиям – жрицам Аполлона: сидя на треножнике, они предсказывали судьбу в окружении ползающих змей, вдохновённые одурманивающими испарениями или воскурениями.

Сестра Аполлона – Богиня Артемида – также неразрывно связана с Гипербореей. Аполлодор (1, 1У, 5) рисует её заступницей гиперборейцев. О гиперборейской принадлежности Артемиды говорится и в древнейшей оде Пиндара, посвящённой Гераклу Гиперборейскому. Согласно Пиндару, Геракл достиг Гипербореи, чтобы совершить очередной подвиг – добыть златорогую Киринейскую Лань: «Он достиг земель, что за спиной у ледяного Борея».

Там дочь Латоны,
Стремительница коней,
Встретила его,
Пришедшего взять
Из теснин и извилистых недр Аркадии
По указу Еврисфея, по року отца
Златорогую лань...

(Пиндар. Геракл Гиперборейский // Оды. Фрагменты. М. 1980. С. 20-21.)

Латона – латинизированное имя титаниды Лето, матери близнецов Аполлона и Артемиды, единственной из титанова племени, допущенной впоследствии на Олимп. Имя Лето и вся история рождения её детей – лишнее подтверждение и гиперборейских корней древнегреческой мифологии, и её тесных связей с воззрениями других народов, ведущих происхождение от гиперборейцев. Во-первых, Лето – дочь титанов Коя и Фебы, а место обитания титанов – Север (Диодор Сицилийский прямо указывает, что родина Лето – это Гиперборея). Во-вторых, Лето – не просто имя древнегреческой полубогини, но ещё и исконно русское слово «лето», означающее время года (отсюда же «лета» – синоним самого времени). Корневая основа этого слова – общеиндоевропейская. Смысл его многозначен: в том числе – время года между весной и осенью, но и время года, соответствующее непрерывному солнечному дню в приполярных областях. На северную принадлежность понятия «лето» указывает также и то, что при чередовании согласных звуков «т» и «д» (или же «т» можно рассматривать как приглушённый «д») получается «лёд».

Но и это ещё не всё. Корень «лет» лежит в основе целого семейства слов и понятий со смыслом «летать». И вновь напрашивается аналогия с гиперборейцами, как летающим народом. У Лукиана сохранилось описание летающего гиперборейского мага, посетившего Элладу: на глазах у изумлённых зрителей он летал по воздуху, ступал по воде и медленным шагом проходил через огонь (Лукиан «Собрание сочинений» в двух томах. Т. 2. М.-Л., 1935. С. 328-329). В жизнеописаниях Пифагора содержатся намёки о его связях с Гипербореей: Пифагор общался с гиперборейцами, а ученики именовали его Аполлоном Гиперборейским (см.: Ямвлих «Жизнь Пифагора» // Человек. 1997. № 3.) Летающей была и сама титанида Лето, когда преследуемая ревнивой Герой устремилась от границ Гипербореи по всему свету искать прибежище, где бы она могла разрешиться от бремени. Такое место она отыскала на острове Делос, где впоследствии возникло святилище Аполлона, куда гиперборейцы постоянно присылали свои дары. Летающими, естественно, были и дети Лето-Латоны – Артемида и Аполлон. Солнцебог Аполлон Гиперборейский нередко изображался летящим на свою родину на колеснице, запряжённой лебедями, или на «аппарате» с лебедиными крыльями (см.: Пролог). А Пиндар прямо называет гиперборейцев «служителями Аполлона» (Pind. Ol. 3. 16-17)...


Лебедь – символ Гипербореи. Морское божество Форкий – сын Геи-Земли и прообраз русского Морского царя сочетался браком с титанидой Кето. Их шесть дочерей, родившихся в гиперборейских пределах, изначально почитались как прекрасные Лебединые девы (лишь значительно позже из идеологических соображений они были превращены в безобразных чудовищ – грай и горгон).

Дискредитация горгон шла по той же схеме и, видимо, в силу тех же причин, что и приписывание противоположных знаков и отрицательных смыслов при распаде общего индоиранского пантеона на обособленные религиозные системы (это произошло уже после ммиграции ариев с Севера на Юг), когда «деви» и «ахуры» (светлые божественные существа) становятся «дэвами» и «асурами» – злобными демонами и кровожадными оборотнями. Это общемировая традиция, присущая всем без исключения временам, народам, религиям...

Судя по всему, ещё до начала миграции протоэллинских племён на Юг, у части их произошла переориентация на новые идеалы и ценности. Особенно наглядно это проявилось на примере самой знаменитой из трёх горгон – Медусы (Медузы). Как имногие другие хорошо знакомые имена мифологических персонажей, Медуса – это прозвище, означающее «владычица», «повелительница». Дочь Морского царя Форкия, возлюбленная владыки морской стихии Посейдона – прекрасноликая Лебединая дева Медуса властвовала над народами северных земель и морей (как выразился Гесиод, «близ конечных пределов ночи»). Но в условиях господствующих матриархальных отношений Власть не ужилась с Мудростью: соперницей Медусы стала Афина.

Скупые осколки древних преданий позволяют восстановить лишь общую канву разыгравшейся трагедии. Не поделили власти над Гипербореей две девы-воительницы. Борьба была жестокой – не на жизнь, а на смерть. Первым актом изничтожения соперницы стало превращение прекрасной Лебединой царевны Медусы в отвратительное чудовище с кабаньими клыками, волосами из змей и взглядом, обращающим всё живое в камень. Данный акт символизирует, скорее всего, раскол протоэллинского этнического и идеологического единства и отпочкование той части будущих основателей великой древнегреческой цивилизации, которые, возможно, под воздействием природной катастрофы и под предводительством или покровительством девы Афины двинулись с Севера на Юг и в пределах жизни отнюдь не одного поколения добрались до Балкан, где, воздвигнув храм в честь Афины, основали город, и поныне носящий её имя.

Но женская мстительность не знает границ. Афине было мало морально уничтожить Медусу – ей потребовалась ещё и голова соперницы. Вот почему, некоторое время спустя, она отправляет назад, в Гиперборею, своего сводного брата Персея и, по свидетельству многих, сама сопровождает его. Обманным путём Персей и Афина вместе расправились с несчастной Медусой: по наущению Паллады сын Зевса и Данаи отрубил горгоне голову, а Афина содрала с соперницы кожу и натянула на свой щит, в центре которого поместила изображение головы несчастной Морской девы. С тех пор щит Афины носит название «горгонион». Лик Медусы украшал также эгиду (доспех или же плащ-накидку), которую носили Зевс, Аполлон и всё та же Афина.

Безудержная жестокость Олимпийских Богов была на редкость изощрённой, хотя, должно быть, отражала самые обычные нормы поведения той далёкой эпохи. После канонизации Олимпийцев в памяти последующих поколений элементы кровожадности как бы стёрлись. Сладкозвучным и опоэтизированным считается прозвище Афины – Паллада. И мало кто вспоминает, что получено оно было на поле битвы, где беспощадная Дева-воительница живьём содрала кожу с гиганта Палласа (Палланта), за что и была присвоена Афине кажущаяся столь поэтичной эпиклеса (прозвище) – Паллада. К живодёрным упражнениям прибегали и другие Олимпийцы. Общеизвестно наказание, которому подверг Аполлон фригийца Марсия, вздумавшего состязаться с Солнцебогом в игре на флейте: с соперника также была живьём содрана кожа. Символ поверженной Медусы и в последующие века продолжал играть для эллинов магическую роль. Её изображения очень часто помещались на фронтонах и резных каменных плитах в храмах.

С точки зрения археологии смысла интерес представляет и корневая основа имени Медуса. Слово «мед», в смысле сладкого яства, вырабатываемого пчёлами из нектара, одинаково звучит во многих индоевропейских языках. Более того, близкие в звуковом отношении слова, означающие «мед», обнаруживаются в финно-угорских, китайском и японском языках. Возможно, допустимо говорить о тотемическом значении «меда» или «пчелы» для какой-либо доиндоевропейской этнической общности (Что касается названий «металл», «медь», всего спектра понятий, связанных со словами «медицина», «медиум», «медитация», «метеорология», «метод» и т.п., имён Медея и Мидас, народа мидян и страны Мидии, а также Митании, то все они взаимосвязаны с общей древней корневой основой «мед».) Таким образом, в словосочетании Горгона Медуса проступают четыре русских корня: «гор», «гон», «мед», «ус» («уз»). Два из них наводят на воспоминания о Хозяйке Медной горы, а горная сущность горгоны приводит к возможному прочтению (или интерпретации): Горыня, Горынишна, хотя индоевропейская семантика корневой основы «гор» («гар») многозначна, да и в русском языке образуется целый букет смыслов: «гореть», «горе», «горький», «гордый», «горло», «город», «горб» и т.д.

Память о Горгоне Медусе у народов, во все времена населявших территорию России, не прерывалась никогда. Змееногая Богиня-Дева, которая вместе с Гераклом считалась греками прародительницей скифского племени, ни что иное, как трансформированный образ Медусы. Лучшее доказательство тому – не вольное переложение мифов в Геродотовой «Истории», а подлинные изображения, найденные при раскопках курганов. Похожие лики змееногих дев в виде традиционных русских Сиринов встречались до недавнего времени также на фронтонах и наличниках северных крестьянских изб. Одно из таких резных изображений украшает отдел народного искусства Государственного Русского музея (Санкт-Петербург)…»


Edit Delete