wallpaper

16November
2014

1. Гостем приходит человек в Явь земную, странником проходит по дорогам жизни своей, а приходит срок – возвращается Домой, туда, откуда все мы родом. Пока живёт человек на земле, волю Богов Родных по мере своей вершит, сотворцом в деяниях их возносится. Мудрый волю Богов как свою зрит и потому в Ладу с Сущим пребывает; несведущий лишь о животе своём печётся, волю Богов презирая, и потому влачит его Рок силой, о каменьё вострое похотей мирских душу его размыкивая. Кто по Божески на земле жил, тот и по смерти во роду небесном Славой Боговой облечётся, со предками святыми из единой братины изопьёт; иной же, в маяте мирской душу свою источивший, и после смерти во Навьих чертогах блуждать в маяте будет, путь к Свету Вышнему отыскать тщась, и каждому будет по мере его, по справедливости. Так судил Велес Премудрый, Судия Вещий, Владыка Чертогов Иных. Так повязала Макошь Великая, Покуты Держательница – нитей судеб Владычица.
Провожает покойного Богиня Покоя и сна, Богиня зимы и смерти Марена. Она его сопровождает, чтоб душа покойного не заблудилась в переходе между мирами. Чёрный ворон (помощник Марены) на крыльях несёт весть Роду покойного об переходе покойного из мира Яви в мир Слави и Прави  (это светлый более совершенный мир Богов и Предков наших) в том случае если покойный выполнил свой долг и свою жизненную задачу перед Родом. Он остается с своим Родом.
В случае не выполнения своих предназначений покойный переходит в мир тёмной Нави. 
Двоешников не здавших экзамен жизни могут вернуть в другом обличии обратно на Мидгард Землю, чтоб они смогли пройти свои уроки.
Такой путь называется реинкарнация.

2. Заповедано нам от предков наших: «Похоронить мёртвого по чести – святой долг живых». Ибо должно Нави и Яви до конца времён разделёнными быть, живым и мёртвым – из разных чар пить, разными путями ходить. Потому говорят: «Покойника похоронить – душу в мир Иной проводить». Бо для из-Родной души живой предел дорог земных – ещё не предел Стези Богоданной, но лишь переход на Вельи луга, на дороги Велесовы. О том, коими обрядами сей переход облечь должно, далее речь поведём.

3. По обычаю нашему, похоронные обряды совершаются в течение трёх дней со времени смерти, а само погребение – после полудня третьего дня. Погребение бывает огненным и земным. В первом случае тело почившего сожигают на Краде, а прах хоронят в земле либо развеивают над водой. Во втором случае, если по каким-либо причинам огненное погребение невозможно, тело предают земле, предварительно уложив его в домовину либо в особливо приготовленный для этого берестяной короб. Также известно погребение под корнями священного дерева, «отпускание» горящей погребальной лодьи по воде и др. Огненное погребение считается более благоприятным для души почившего, так как вместе с огнём – на золотой колеснице самого Огнебога Сварожича (ещё говорят: на огнепёрых крылах Золотого Сокола-Огнебеога) – душа почившего восходит прямо к Ирийским вратам.

4. При огненном погребении предки наши, по обычаю, воскладали тело почившего на Краду в лодье либо лодке, в зависимости от знатности почившего и совершённых им при жизни подвигов, желая так воздать ему положенную честь и облегчить переправу через бушующие волны огненной реки Смородины, разделяющей Явь и Навь. Вместе с ним в лодью (лодку) клали его личное оружие (прежде всего меч) и посмертные дары, обсыпали тело зерном, как жениха на свадьбе. Если почивший был князем или знатным боярином, вместе с ним могли отправить в последний путь его любимого коня или охотничьего пса. Если любимая жена почившего решала последовать за мужем, добровольно взойдя на его погребальный костёр, её род был прославлен вовек!

5. Самоубийц, заложных покойников (умерших «не своей» смертью001 ), людей обесчестивших себя – покрывших душу свою несмываемым позором при жизни (например, трусливо бежавших с поля брани либо совершивших особо тяжкие преступления перед родом) – могли лишить чести огненного погребения, а их останки захоронить на перекрёстке дорог или где-нибудь «на отшибе» – отдельно от остальных почивших сородичей002 . Также отдельно хоронили безродных чужестранцев, невесть откуда пришедших, и изгоев. В случае, если почивший был известен при жизни как злой колдун, его тело могли пронзить осиновым колом, отрубить голову, руки и ноги, а сверху завалить камнями, чтобы после смерти не вставал из могилы и не ходил вредить живым. Но даже и в этом случае место его захоронения считалось «проклятым» и потому опасным для живых. Также известны захоронения «опасных» покойников на прибрежной полосе, затапливаемой приливом, – между землёй и водой, как бы на Кромке меж Явью и Навью.

6. Когда погребальный костёр прогорал, над ним насыпался курган, высота которого зависела от того, кем был покойный при жизни. Насыпать величественный курган над прахом человека, ничем себя особо не проявившего при жизни, считалось оскорблением предков и потому не дозволялось старейшинами рода. В дальнейшем на курганах совершались тризны в честь почившего и некоторые другие обряды родового кола. (В наше время наиболее распространённым похоронным обрядом в родноверческой среде является следующий: тело покойного сжигается в крематории, а его прах хоронится на общем кладбище, где над ним совершаются все положенные обычаем и не запрещённые законом обрядовые действия.)

7. За правильным соблюдением всех обрядов, связанных с похоронами, следят волхвы, жрецы и старейшины рода, иногда – просто старшие люди. Считается, что обрядовые нарушения, допущенные во время похорон, могут навлечь несчастья как на семью почившего, так и на всю общину, а то и на весь род. Предки наши верили, что даже неумышленное оскорбление покойного может, при определённых обстоятельствах, стать оскорблением всех почивших предков и всего рода небесного, привести к неурожаям, моровым поветриям у скота и смертям сородичей, живущих в Яви.

8. Перед совершением похорон, перво-наперво, старшие в роду определяют «долю» покойного, то есть отбирают ту одежду и те вещи, которые будут сопровождать его на похоронах, чтобы умерший не забирал потом у живых «своё». В народе говорят: «Покойник у ворот не стоит, а своё обязательно возьмёт». Поэтому при шитье одежды для почившего все обрезки ткани кладут, по обычаю, вместе с ним в домовину, а стружки, что остались после изготовления домовины, либо стелят на дно, либо пускают по воде. Также в домовину кладутся «передачи» для тех, кто умер ранее, буде в том оказывается необходимость. (Так, например, иногда кому-либо из живущих в Яви сородичей является во сне умерший родственник и просит передать ему на «тот свет» что-либо из одежды, какую-то вещь и т.д.) Иногда опусканием в могилу с покойником каких-либо вещей, принадлежащих живущим, пользуются злые колдуны, обрекая тем самым хозяина вложенной вещи на преждевременную смерть. Поэтому при похоронах следует строго следить за тем, кто и какие «передачи» вкладывает в домовину, а также, по возможности, не подпускать к покойнику неизвестных людей.

9. По поверьям, близкую смерть человека предвещают те или иные особенности поведения животных и птиц: голубь залетает в окно, ворон садится на окно, собака воет по ночам, курица поёт петухом, кукушка прокукует в затылок, дятел долбит стену дома, кошка ложится поперёк половиц, корова ложится у ворот и т.п. Также покойника ожидают, если: хлеб растрескивается в печи или падает с лопаты, с печи без видимых причин сыплется побелка, домовой особенно громко стучит по ночам в матицу, вырос необычайно богатый урожай льна (о коем говорят: «на покров головы»), в старом доме прорубили новое окно, телега с покойником остановилась у ворот дома, хозяин ходит в одном лапте и т.п.

10. Первым признаком наступившей смерти издревле считается прекращение дыхания. Об умершем говорят: «Испустил дух». Подтверждением того, что душа вышла из тела человека, является волнение воды в чаше, которая была поставлена в изголовье умирающего: «Душа омылась». Если человек умирает с открытыми глазами, их спешат закрыть, дабы покойник «не высматривал себе попутчика на тот свет». Покойник, в отличие от живых людей, – слеп и недвижим: «Лежит – ни рукой, ни ногой, ни буйной головой». Эти его отличия закрепляются обрядами связывания рук и ног почившего (они остаются таковыми до самого его погребения), подвязыванием нижней челюсти (дабы покойник не мог «говорить»), накрыванием лица или даже всего тела покойного плотной непрозрачной материей (дабы он не мог «смотреть» на живых) и т.д.

11. Вскоре после смерти человека совершается обряд обмывания его тела. Как правило, это делают старики и старухи, реже – вдовы, бобыли и старые девы, но ни в коем случае не близкие родственники. При этом покойниц обмывают женщины, а покойников – мужчины. Исключение делается лишь для почивших в глубокой старости, так как в этом возрасте человек, в определённом смысле, выходит за рамки половых ограничений. Разоблачение покойного перед обмыванием – снятие с него одежды, которую носят живые, – важное обрядовое действо, возвращающее человека к природной наготе, к состоянию, присущему живому существу до рождения или, по крайней мере, до его обрядового вхождения в род. Обмывание тела покойного совершается, как правило, на полу, в углу возле печи, либо у порога, ногами к печи. Покойника сажают в корыто, моют тёплой водой с мылом, вытирают его же рубахой, которая была на нём, разрывая её вдоль надвое. Впоследствии эту рубаху сжигают где-нибудь вне дома. Воду, оставшуюся после обмывания, выливают там, где никто не ходит, дабы не навести порчу на живых.

12. Обмывальщиков, по обычаю, сразу не благодарят, чтобы в доме не было ещё покойника. Кроме того, в некоторых местах бытует поверье, что если сразу отблагодарить и раздать одежду покойного, то он на «том свете» будет вынужден «ходить голым». После обмывания все вещи, которыми пользовались при совершении этого обряда, должны быть непременно уничтожены, чтобы не навредить живым. Исключение делается лишь для мыла, используемого в целительстве: им моют руки все хворые, приговаривая при этом слова заговора: «Как у мёртвого ничего не болит, не щемит, так и у меня, внука Даждьбожьего / внучки Даждьбожьей [имярек], не боли, не щеми, с водой прочь поди!» Иногда покойника просят «забрать с собой все горести и болести» от живых. Чтобы вылечить головную боль, обводят рукой покойника вокруг головы, приговаривая слова заговора: «Как рука твоя замерла, так боль моя из головы ушла!» От зубной боли, по поверьям, можно избавиться, если потереть мизинцем левой руки покойника свой больной зуб. И т. п.

13. После обмывания тела обмывальщики обряжают почившего в погребальные одежды, облекая его в «облачения не живых, но иных». Погребальная одежда, как мужская, так и женская, – как правило, белого цвета. Хорошо, когда одежду для покойника шьют специально для похорон – иголкой от себя. Исключение делается в том случае, когда человек сам завещал похоронить его в определённой одежде, которая была ему почему-либо особенно дорога при жизни. Обряжая покойника, соблюдают ряд правил, способствующих выделению его из мира живых. Так, например, в Пермской области при одевании погребальной рубахи на женщину-покойницу её застёгивают по-мужски – слева направо. Известна обрядовая загадка о покойнике: «Обулся не так, оделся не так, поехал не так, заехал в ухаб, что не выедешь никак». Так, на женщину-покойницу в старину не надевали передника, онучи и оборы лаптей повязывали задом наперёд, по-другому, нежели при жизни, завязывали платок на голове и т.д. При этом в одежде покойниц, как и живых, должны строго соблюдаться возрастные различия: одежда молодой девушки должна известным образом отличаться от одежды взрослой женщины, а та в свою очередь – от одежды старухи. В некоторых губерниях в старину было не принято хоронить покойника в кожаной обуви, так как это считалось Богохульством.

14. Изготовление домовины испокон веков входило в обязанности зрелых мужей – членов общины. Чаще всего об этом просили соседей или близких знакомых, хороших плотников. По обычаю, заказывать домовину у неизвестных людей можно только в крайнем случае, когда нет другого выхода. Для обмера покойника плотник использует нарочно вырезанную для этого дела тонкую рейку – смерок, который затем кладётся в домовину, как и стружки. Издревле строго соблюдается обычай не рубить для домовины деревья, посаженные человеком, который ещё жив. Кроме того, смерком ни в коем случае нельзя мерить живых людей, и особенно детей, которые, будучи померены смерком покойника, могут, по поверьям, перестать расти и вскорости умереть. Также известно использование смерка при совершении некоторых видов волшбы. Например, в Костромском крае мерка с домовины часто использовалась пчеловодами на пасеке, чтобы рои не уходили от своих хозяев. В Воронежской области существует поверье, что умерший стоит со смерком в руках у ворот кладбища, дожидаясь следующего покойника. И т.п.

15. Важно, чтобы домовина была покойнику «впору». Если она окажется мала, то это может вызвать недовольство со стороны умершего, который будет приходить с жалобами и упрёками к своим живым родственникам по ночам. Если же домовина будет слишком велика, покойник может «позвать» в неё до срока кого-либо из оставшихся членов семьи. Вместе с покойником в домовину кладут некоторые из его личных вещей, например, нож, иногда – топор, не доплетённые покойником лапти, его рабочие инструменты, кроме этого – мыло, расчёску, съестные припасы и т.п. Мужчине-покойнику никогда не бреют бороды и усов, так как это, по поверьям, может грозить появлением нового покойника в доме. Покойнице оставляют её неоконченное рукоделье, нитки с иголкой, чтобы на «том свете» можно было «починить одежду», а также полотенце, мыло, гребень, веретено с пряжей и т.п.

16. Домовина – «последний приют» покойника и его «смертная постель», на дно которой кладутся сухие листья, покрытые холстом. В изголовье помещают подушку, набитую либо сухими листьями003 , либо куделью. Некоторые люди всю жизнь собирают остриженные и вычесанные волосы, чтобы набить ими смертную подушку, а также остриженные ногти, которые родственники кладут почившему за пазуху в мешочке. В некоторых местах сохранилось поверье, согласно которому ногти должны будут помочь почившему «карабкаться на том свете на вершину Хрустальной горы, где расположен Ирий».

17. Пока покойник ещё находится в доме (сначала на лавке, а затем и в домовине), тех людей, кто делал домовину, обычно в благодарность кормят и поят. Крышку от домовины («лодку малую», которой накрывают «лодку большую», в которой лежит тело почившего) ставят снаружи, к углу дома. Там же у окна вешают рушник без обережной вышивки, который означает, что в доме кто-то умер. Как правило, рушник оставляют висеть на окне до сороковин – сорокового дня по смерти усопшего, чтобы его душа, летая, могла «утереть слёзы». Также до сороковин занавешивают все зеркала004 в доме, дабы не «удваивать» покойника в доме. Обычно покойник лежит в домовине два-три дня, в течение которых проститься с ним приходит всё село (все знакомые). В ногах покойного ставят блюдце, чтобы приходящие клали в него деньги, которые затем идут на совершение поминок и справление тризны.

18. По ночам возле покойника остаются «сидеть» старые люди, молясь Велесу – Навьему Владыке за усопшего. Такие «сидения при покойнике» продолжаются на протяжении всех ночей, пока покойник остаётся в доме. Родственники, особенно дети, а также молодые неженатые, уходят ночевать к соседям либо удаляются из дома на всё время до погребения, так как их жизненные силы могут пострадать от соприкосновения с силами Нави. Пока покойник пребывает в доме, по обычаю, нельзя подметать и мыть полы, держать в доме половики, кои выносят ещё до обмывания тела покойного, чтобы умерший «не увёл из дома» остальных. Иногда полы в доме, где есть покойник, выстилают еловыми ветками (ель – «дерево мёртвых», посвящённое Велесу). Чтобы не бояться покойника, по поверью, нужно дотронуться до его ног.

19. На третий день утром зрелые мужи – члены общины, но обязательно не родственники почившего, готовят «чистое место» для усопшего – складывают погребальную Краду или роют на кладбище могилу. Вынос покойника из дома совершается только после возвращения копальщиков. Перед выносом тела близкие и родные прощаются с почившим. Именно в это время можно просить покойника «передать» что-либо своим прежде почившим родственникам и положить в домовину какие-либо мелкие предметы – «передачу» на «тот свет». Выносят покойника из избы, стараясь не задеть за косяк дверного проёма, непременно ногами вперёд, чтобы он не имел возможности, когда его тело похоронят, «вернуться назад» за кем-либо из оставшихся живых. В исключительных случаях, например, когда хоронят злого колдуна, домовину с его телом просовывают через окно, либо протаскивают через яму под порогом, специально выкопанную для этого действа, либо через разобранную часть крыши.

20. Во дворе домовину ставят на скамью или на табуреты. Здесь близкие и соседи опять прощаются с покойником. Женщины начинают «выть» – причитать над почившим. Голосят обычно родственницы: одна ведёт, две «подголосницы» помогают. Иногда для этого обряда приглашаются особливые плакальщицы. При этом, совершая обряд оплакивания, следует соблюдать известную меру, памятуя о бессмертии души. Плакать при разлуке с близким и дорогим человеком – естественно, особенно для женщин, но оплакивать его сверх меры, не чая с ним встречи на «том свете», – значит возносить хулу на Родных Богов и род небесный. Также не принято сильно плакать на похоронах новорождённых и маленьких детей. По поверьям, мать не должна оплакивать своего умершего ребёнка сверх меры, дабы «не утопить его на том свете в слезах».

21. Если умер «сам» (хозяин), то при выносе домовины поднимают на ноги всю скотину, веря, что иначе она может вымереть. Поставив домовину на телегу либо на волокуши, просят почившего хозяина «не брать с собой весь дом», а оставить его оставшимся членам семьи. Когда выносят покойника, то кто-нибудь из его родственниц, по обычаю, падает на то место, где стояла домовина, и обязательно причитает по покойному. Перед тем, как двинуться в путь, все участники похоронного шествия смотрят на ноги лошади, чтобы не тосковать и не бояться «возвращения» покойника. Вдове строго возбраняется тосковать о почившем сверх меры, дабы недобрый Навий дух в виде огненного змея не повадился прилетать к ней по ночам, оборачиваясь её умершим мужем.

22. После выноса домовины с покойником женщины моют избу (или хотя бы метут пол005 ), скамейки, стулья и стол переворачивают вверх ногами, чтобы умерший не «возвратился» и не «забрал к себе» живых родственников до срока. Как только домовину снимают с лавки, на это место хозяйка кладёт камень, квашню, ухват или полено, чтобы место «не пустовало для другого покойника». В передний угол также кладут камень, как правило, вынутый из каменки, «чтобы другие не умирали», который остаётся лежать там до сороковин – дня проводов души почившего. Пока идут похороны, в доме обычно остаются замужние соседки для приготовления поминок. Молодёжь в этом не участвует, так как поминальные приготовления – забота пожилых замужних женщин, которыми руководит, как правило, сведущая в сём деле бабка-ведунья.

23. Впереди похоронного шествия, по обычаю, идёт женщина, которая разбрасывает зерно для птиц, в коих, по поверьям, могут обращаться духи предков, – на помин души почившего. За ней следуют те, кто несёт домашних Чуров из дома почившего или домашние Свята (резные, вышитые или рисованные), убранные рушниками без обережной вышивки либо кусками белёного холста. За ними идёт кто-либо из мужчин с крышкой от домовины на голове. За ним, непосредственно перед домовиной с покойным, идут волхвы и жрецы, участвующие в проведении обрядовых священнодейств. Несут домовину, по обычаю, зрелые мужи, вчетвером – по числу четырёх сторон белого света и четырёх ликов Отца Сварога, либо вшестером – по числу шести лучей Громового Колеса и шести концов чира «Жива». Несут домовину через рушники, не прикасаясь к ней голыми руками, либо на носилках, сделанных из двух жердей с верёвочными перемычками. (Интересно отметить, что в южных губерниях России, при похоронах женщины, по старинному обычаю, всех участников одаривают холстиной или рушниками, которыми все подпоясываются; при этом мужчины, несущие домовину, обвязывают рушниками головы.) За домовиной идут родные и близкие, затем соседи и знакомые, и лишь затем все остальные участники похоронного шествия, буде таковые имеются. Замыкает шествие женщина, разбрасывающая еловые веточки – «заметающая» покойнику дорогу обратно. На похоронах покойника-мужчины принято раздавать или рассыпать перед похоронным шествием зерно, на похоронах женщины – раздавать одежду и холсты.

24. Если до кладбища идти далеко, то за селом ставят домовину на сани либо на телегу и везут. Проходя село, нигде не останавливаются, дабы не навлечь на дом, у которого произошла остановка, беды. Идущие с Чурами и Святами, по обычаю, должны всю дорогу не оборачиваться, чтобы в селении не было ещё покойника. В некоторых областях домовину даже летом везут на санях, символизирующих собой Велесову лодью мёртвых, в отличие от телеги, символизирующей Солнечную колесницу Даждьбога (колесо – символ Солнца). Сельчане, кроме родственников и близких друзей почившего, по обычаю, провожают домовину с телом усопшего до первого перекрёстка дорог – «покойничьих крестов». Далее следуют только те из них, кто желает, чтобы и покойный, когда придёт срок, встречал их на «том свете».

25. В день похорон, по обычаю, принято подавать первому встречному милостыню в виде куска хлеба, завёрнутого в рушник без обережной вышивки. Первый, кто встретится на пути похоронного шествия, приняв милостыню, должен молиться за почившего, а тот в свою очередь первым встретит принявшего хлеб на «том свете». Вообще, милостыня путникам (коим покровительствует сам Велес), незнакомцам и первым встречным издревле понималась как средство общения с Иным миром. Так, например, по поверьям, если покойник на «том свете» в чём-то имеет нужду, он может во сне попросить об этом кого-либо из живущих в Яви родственников, и тот может отправить просимое покойнику, подав его в виде милостыни «первому встречному». Также верили, что, встретив на пути похоронное шествие и не желая присоединиться к нему, следует повернуть обязательно направо, так как правая сторона – к жизни, а левая – к смерти.

26. Дойдя до места, где тело почившего будет возложено на Краду либо опущено в могилу, все встают лицом к северу – земле предков, а волхв либо жрец обращается к Огнебогу Сварожичу и матери сырой земле, просит Вещего Бога провести душу во Ино – на Велесовы луга, а также речёт особые разрешающие (плотские узы) и отпускающие (душу усопшего) заговоры, кои ведомы людям сведущим. Если тело почившего сожигалось на Краде, собирают оставшийся после него пепел и предают его земле или воде. Хорошо, если прямо над прогоревшими останками можно насыпать курган. В иных случаях прах, оставшийся после сгорания Крады, может быть захоронен в могиле. («Отпевая» покойника в христианской церкви, родственники почившего тем самым отдают его душу в посмертное рабство иудейскому племенному богу, делая её изгоем в своём роду. Конечно, праведным и сильным душам иудео-христианские обряды не могут принести сколько-нибудь ощутимого вреда, но для неокрепших душ такое «отпевание» будет равносильно проклятию и отчуждению от рода небесного и помощи предков на неопределённый срок. В таком случае родственникам следует обратиться за помощью к сведущим в сём деле волхвам, помолиться за усопшего Родным Богам и совершить тризну в его честь.)

27. Прежде чем опустить домовину или сосуд с прахом в могилу, родственники, по обычаю, «откупают место», бросая в могилу мелкие монетки и сыпля зерно. Перед опусканием домовины в могилу с покойным в последний раз прощаются, развязывают ему руки и ноги (если они были связаны), закрывают и заколачивают крышку, стараясь сделать это с одного удара молотка. Домовину опускают, как правило, на верёвках либо на длинных рушниках, кои затем оставляют на кладбище (навязывают на дерево у могилы либо закапывают вместе с домовиной) либо раздают участникам похорон «на помин души». На крышку домовины каждый из присутствующих сыпет по три горсти земли, говоря при этом: «Да будет земля тебе пухом!» Затем могилу закапывают, и все молча возвращаются с кладбища, не оборачиваясь. Все участники похорон, придя в дом, обязательно моют руки и по возможности переодеваются, совершая таким образом обряд очищения.

28. На поминках в день похорон прежде всего вспоминают о добрых и славных делах и поступках почившего, ни в коем случае не ругая его за допущенные при жизни ошибки: «О покойном – либо хорошо, либо никак». За столом рассаживаются по старшинству, старшие первыми, младшие в конце. Вначале подают кутью – поминальную кашу из распаренных зёрен пшеницы с мёдом. Её съедают понемногу, одну-три ложки, затем следует другая пища. В последнюю очередь подаются кисель и блины – непременные поминальные блюда. После них, по обычаю, принято в молчании расходиться – сначала старики, а затем молодые, ибо, по поверьям, кто первым уйдёт с поминок, тот и умрёт раньше.

29. На сороковины совершается обряд «проводов души» почившего. Все собравшиеся выходят во двор, обращаясь к Родным Богам и предкам, молятся за душу почившего, после чего открывают ворота – чтобы его душа «вышла со двора». С окна снимают рушник, провисевший на нём сорок дней, и относят его на кладбище, навязывая на священное дерево, либо на памятный Родовой столб с тремя насечками (знаками Тремирья – Прави-Яви-Нави), либо крест (знак огня и возрождения – воскресения006 души), установленный над могилой или курганом почившего. По возвращении с кладбища устраивают поминки, как в день похорон. Также поминки устраиваются в годовщину смерти. (Особливо умерших следует поминать, принося им положенные требы, на вешних и осенних Дедов, а также во время некоторых других праздников Годового Круга, связанных с почитанием предков.)

30. Девушек, умерших до замужества, хоронят в одежде невесты – с распущенными волосами, с венком на голове и в свадебной рубахе. Домовину умершей девушки красят в розовый цвет (в отличие от обычного красного) и украшают цветами. Подруги почившей, провожая её «в последний путь», поют над ней свадебные песни, в причитаниях называют её «белой лебёдушкой» и «княгиней». Девушкам-подругам, как и на свадьбе, раздают цветные ленточки, которые прежде лежали на крышке домовины, и кормят обедом. В некоторых местах бытует обычай вешать на могильный крест умершей девушки косу, плетённую из кудели (льняного волокна), как символ девичества. Похороны-«свадьба» завершаются поминками в доме родителей, на которых присутствуют молодые люди обоих полов, – всё как на настоящей свадьбе…

Слава Роду!
----------
001 По поверьям, некоторые из числа умерших "не своей" смертью могут выходить ночью из могил и вредить живым, ходя по земле до первых петухов. Такие "неспокойные" покойники обречены пребывать на Кромке меж Явью и Навью до тех пор, пока не иссякнут отмеренные им жизненные силы, которые они не успели истратить при жизни. По поверьям, мать сыра земля не принимает заложных покойников семь лет, в течение которых они зачастую становятся упырями, пьющими кровь живых людей. Также заложные покойники могут быть ответственны за непогоду: утопленник может вызвать засуху (для её предотвращения деревенские вдовы по ночам поливают его могилу водой), удавленник - нагнать разрушительные ветряные вихри и т.д.
002 Например, за оградой кладбища.
003 Например, листьями от берёзового веника. Так, в Ярославской губернии бытует выражение: "пора на веники", что значит: "пора умирать".
004 Зеркало, по поверьям, само по себе является своего рода "окном" в Навь, заглядывая в которое, гадают на Святки (двенадцать Святых вечеров после Коляды), ворожат и т.д.
005 "Покойницкий" веник, то есть тот, которым мели пол сразу после выноса покойника, обычно выбрасывают вместе с мусором подальше от дома или бросают в воду, сжигают и т.п. Иногда, впрочем, его сохраняют - как оберег от злых чар.
006 От древнерус. "крес" - "огонь".


Edit Delete